Республика. День первый

Республика. День первый

Пушечный выстрел, произведённый в центре Казани 25 июня 1920 года, в восемь утра, до смерти напугал некоторых чувствительных особ женского пола: ещё свежи были воспоминания двухлетней давности, когда город обстреливали белые. На этот раз артиллерия ничего не разрушает. Совсем наоборот: выстрел зовёт казанцев созидать – на субботнике по случаю образования Автономной Татарской Социалистической Советской Республики…

Вообще-то, день, когда исполком Казанской губернии должен был официально передать власть Ревкому Татарской республики, пришёлся на пятницу. Но это только недобитые буржуи могут утверждать, что субботник должен обязательно состояться в субботу. Для созидательного революционного труда любой день недели не грех реквизировать! Председатель Казанского губисполкома Иосиф Ходоровский (френч, кожанка, хромовые сапоги – всё при нём!), не исключено, рассуждал именно так, вполне в большевистском духе.

Жаль, с созиданием пока не очень получается: Казань в процессе того, как разрушался «мир насилья», стремительно ветшала и хирела. Трамваи, остановившиеся в Гражданскую, по-прежнему не ходят, мрачные окраины утопают в грязи. Заводы, фабрики – одни на ладан дышат, другие не работают. Даже в центре, возле бывшего Дворянского собрания, где прежде всегда лоск, чистота и почтенная публика, теперь – отбитая лепнина на фасадах, горы мусора во дворах и стойкий запах гари – над пепелищем сгоревшего за три недели до события городского театра.

Раз пока не получается созидать – значит, для начала, нужно хотя бы прибраться. Участники субботника, собравшись на Театральной площади, с энтузиазмом ворочают обгоревшие головешки, пот вперемешку с сажей оставляет на гимнастёрках несмываемые отметины. Кто-то чертыхается: «Как теперь в таком виде на банкет?!»

На банкет ждут ответственных партийных работников. И других, самых достойных, по мнению революционной власти, товарищей. На подписанных самим Ходоровским пригласительных значится: «В пятницу, 25 июня, в 3 часа дня, в Красноармейском Дворце устраивается банкет по случаю объявления Автономной Татарской Соц. Советской Республики, на каковой банкет вы настоящим приглашаетесь».

Среди тех, кто разбирает пепелище, приглашённых немного. Да и субботник, надо сказать, получился скромным. В празднике труда, сообщат позже газеты, поучаствовал 4161 человек. Меньше трёх процентов населения, в основном красноармейцы Запасной армии, а также рабочие и служащие. Добровольно? Разумеется. Согласно строгим распоряжениям, изданным начальниками гарнизона, комтруда и президиумом губисполкома…

%d0%b4%d0%b5%d0%ba%d1%80%d0%b5%d1%82-%d0%be%d0%b1-%d0%be%d0%b1%d1%80%d0%b0%d0%b7%d0%be%d0%b2%d0%b0%d0%bd%d0%b8%d0%b8-%d1%82%d0%b0%d1%81%d1%81%d1%80-27-%d0%bc%d0%b0%d1%8f-1920-%d0%b3-%d0%bf%d0%be

Декрет об образовании Татарской АССР. 27 мая 1920 года. (Подлинник). ГА РФ

ВЕСЬ МИР – ТЕАТР

Другое важное событие в этот исторический день происходит в татарской части города. Здесь, на Юнусовской площади, закладывают памятник Муллануру Вахитову. Торжественность момента подчёркивает лозунг, выведенный на красном полотнище по-татарски арабской вязью: «Татарский пролетариат клянётся положить все силы на процветание молодой республики!». И то же самое на русском языке – кириллицей.

Церемония закладки первого камня в здание татарского национального театра обставлена с ещё большей помпой. На балконе перед собравшимися – целый президиум: товарищи Ходоровский и Сахибгарей Саид-Галиев, Михаил Владимирский, представитель ВЦИК – заместитель наркома по внутренним делам. И даже почётный заморский гость. Это товарищ Фуад – член Турецкой коммунистической партии и представитель повстанческого правительства Кемаля-паши. Революционные речи? Обязательно!

– Городской театр, Дворянское собрание и всё прочее были нам недоступны, – хорошо поставленным голосом декламирует актёр Камал (вероятно, Габдулла Камалетдинов, псевдоним Камал I. – Прим. ред.). – Там прежде всего заседали в передних рядах губернатор и полицмейстер. Теперь Советская Республика даёт нам возможность ставить свои спектакли не только в любом театре Казани, но и ещё построить собственный!

Митинг, отдадим должное организаторам, надолго не затягивается. В час дня Иосиф Ходорковский уже на Театральной площади. Приосанившись, прикладывает пальцы к фуражке, приветствуя парад войск Казанского гарнизона. Первыми чеканят шаг красные командиры и курсанты казанских военных курсов. За ними, колонна за колонной, – пехотные, артиллерийские и кавалерийские части. Строго, красиво, уверенно. Будто и не было всего месяц назад «восстания», когда недовольные полуголодным содержанием солдаты вышли на улицы с оружием…

Да здравствует «несбыточная» идея!

Самая яркая и высокая точка праздника – это, конечно, башня Сююмбике. Её сегодня украсили как комиссаршу на выданье. На верхнем ярусе, высоко в небе, – здоровенный герб РСФСР. Ближе к земле – аршинными буквами: «Пролетарии всех стран, соединяйтесь! 1552–1920 г. 25 июня – день осуществления акта о самоопределении татарского трудового народа. Да здравствует автономная ТАССР! Да здравствует РСФСР!» И на всех ярусах – флаги, флаги, флаги. То ли ещё будет вечером, когда Сююмбике подсветят электричеством. На всю Казань – сотня-другая лампочек, а тут вдруг такая роскошь!

Лампочки на башне зажигаются примерно в то время, когда в Красноармейском дворце выходит на трибуну Иосиф Ходоровский. Здесь сейчас должно произойти главное – передача власти.

– Акт от 27 мая, провозгласивший Автономную Татарскую Социалистическую Советскую Республику, должен сыграть огромную роль в развитии пролетарской революции, – по-большевистски напористо начинает предгубисполкома. И тоном, не терпящим возражений, продолжает: – Со стороны Советской власти объявление новой республики является актом вполне продуманным и сознательным, к которому её никто не принуждал. И если рабоче-крестьянская власть не провозгласила Татарскую республику два года назад, то только потому, что внешние обстоятельства вынуждали всё внимание направлять в сторону обороны. Только теперь, когда мы получили возможность передохнуть и направить часть сил на внутреннее строительство,

мы смогли предоставить трудящимся татарам возможность самоопределиться.

Искренность и убеждённость товарища Ходоровского на всех, кто присутствует на совместном заседании Ревкома и губисполкома, действует гипнотически. Ему аплодируют стоя. Даже близкие соратники Иосифа Исаевича, которые прекрасно знают, как до недавних пор он относился к идее создания Татреспублики. (Позже в своих воспоминаниях Ходоровский признается: «Не только никаких подготовительных шагов к организации Татарской республики мы не предпринимали. Но мы даже не пытались по-настоящему этот вопрос обсудить, настолько нам казалось бесспорным, что образование Татарской республики – ненужная, вредная и несбыточная идея».)

Говорят, убеждение своё товарищ Иосиф поменял в одночасье – сразу после того, как был вызван на ковёр в Москву, к Ленину. Что ни говори, а партийная большевистская дисциплина – великая сила. И вот теперь товарищ Ходоровский, нисколько не колеблясь, уверенно зачитывает акт о передаче полномочий власти:

– С сего часа власть принадлежит Ревкому Татреспублики!

Под аплодисменты публики Иосиф Ходоровский обменивается пролетарским рукопожатием с первым руководителем республики председателем Ревкома Сахибгареем Саид-Галиевым.

– Именем трудящихся масс Татарской республики, – объявляет Сахибгарей Саид-Галиев, – выражая полное мнение всех её трудящихся, Ревком, санкционированный ВЦИК Российской Республики, с сего часа принимает на себя полномочия по управлению новой республикой от Казанского губисполкома. С сего момента Ревком вступает в исполнение своих обязанностей!

Свершилось!

%d0%ba%d0%b0%d0%b7%d0%b0%d0%bd%d1%86%d1%8b-%d0%b2-%d0%b4%d0%b5%d0%bd%d1%8c-%d0%bf%d1%80%d0%be%d0%b2%d0%be%d0%b7%d0%b3%d0%bb%d0%b0%d1%88%d0%b5%d0%bd%d0%b8%d1%8f-%d1%82%d0%b0%d1%82%d0%b0%d1%80%d1%81

Казанцы в день провозглашения ТАССР. Юнусовская площадь. 1920 г.

БУДУЩЕЕ СО ВКУСОМ ЛАНДРИНА

Будущей известной русской поэтессе Веронике Тушновой в 1920-м исполнилось девять. Будущему известному татарскому композитору Саре Садыковой – четырнадцать. В день образования республики обе, как и все другие дети-казанцы, получили царский подарок от революционной власти – по 1/8 фунта (чуть больше пятидесяти граммов) ландрина. Давно забытый вкус сладких леденцов – у родителей слюнки текли! 25 июня у юных граждан республики был день абсолютного счастья…

Как восприняли факт образования Татарской республики в народе? Если верить публикациям того времени – с небывалым энтузиазмом. В газете «Знамя труда» – заметки-близнецы с митингов в поддержку Татреспублики. Вот пролетарии Казанского порохового завода приветствуют создание республики как «средство распространения социалистических идей на Востоке, как толчок к пробуждению многомиллионных мусульманских масс». А вот о своём одобрении свершившегося заявляют уже трудящиеся завода братьев Крестовниковых. И телеграммы, телеграммы… – приветствия в адрес республики из Мензелинского уезда, Арска, Мамадыша, Тетюш…

На деле, наверняка, всё было не так просто. Слишком сложная обстановка в республике, чтобы всё население поверило в неё сразу и безоговорочно. Из-за угрозы иностранной интервенции и подрывной деятельности шпионов и саботажников, сообщает «Знамя труда», «с 16 мая по всей Казанской губернии введено военное положение, а районы Аракчинских заводов и порохового завода объявлены на осадном положении». В городе налицо все прелести военного коммунизма: жизнь впроголодь, продукты по карточкам, в магазинах – шаром покати. В деревнях и сёлах совсем беда: продотряды выгребают у крестьян зерно подчистую, даже семенное. Сопротивляться бесполезно: у всех ещё свежи в памяти страшные итоги недавнего «вилочного восстания», когда на подавление крестьян, осмелившихся выступить против продразвёрстки в Мензелинском, Чистопольском и Бугульминском уездах, направили войска.

В Казани нашлись даже такие, кто попытался открыто выступить против Татреспублики. Демонстрация черносотенцев, устроенная 25 июня, правда, была немногочисленной. Однако известно, что вскоре в городе вспыхнули пожары: сгорели 243 дома…

У татарской интеллигенции, лидеров национального движения создание автономной Татарской республики в том виде и с теми полномочиями, какими её наделила Москва, также вызывает вопросы. Тем более что ранее большевиками уже были успешно похоронены идеи создания штата «Идель-Урал», а затем и Татаро-Башкирской республики. С другой стороны, большая часть образованного татарского населения понимает: Татреспублика – реальный шаг к возвращению утраченной почти четыреста лет назад государственности.

Впрочем, мнение татарской интеллигенции может быть принято к сведению, не более того. На дворе – диктатура пролетариата, вернее, диктатура партии, захватившей власть в стране три года назад. И только ей, партии, судить, насколько честно она реализует ленинский лозунг о праве наций на самоопределение.

%d1%83%d1%87%d0%b0%d1%81%d1%82%d0%bd%d0%b8%d0%ba%d0%b8-%d1%83%d1%87%d1%80%d0%b5%d0%b4%d0%b8%d1%82%d0%b5%d0%bb%d1%8c%d0%bd%d0%be%d0%b3%d0%be-%d1%81%d1%8a%d0%b5%d0%b7%d0%b4%d0%b0-%d1%82%d0%b0%d1%82

Участники Учредительного съезда Татарской республики. Казань. 1920 г.

 

 

Журнал "Татарстан"

Автор: Аскар Сабиров / Фото предоставлены Национальным музеем РТ

Опрос
  • На каких площадках республики вы танцевали в 1980-х?
    Проголосовало 2791 человек